Салаудин Гугаев. Жизнь, отданная своему народу…

11 апреля 2010 года, в США, в городе Бронсвик штата Нью-Джерси скончался Салаудин Гугаев, близкий друг и соратник Абдурахмана Авторханова… Перестало биться сердце замечательного человека, неустрашимого борца за свободу, честь и достоинство чеченского и других народов, репрессированных преступной сталинской кликой. Более 60 лет Салаудин был на переднем фронте борьбы за права тех, кто был лишен родины и сослан на чужбину.

В 1939 году молодые комсомольцы из села Шатой ушли добровольцами служить в Красную Армию. В их числе были Салаудин Гугаев, его родной брат – Асланбек Гугаев и двоюродные братья – Магомед (Мума) Булаев и Саъдулла Ахмадов. Асланбек Гугаев и Магомед Булаев во время войны пропали без вести. Саъдулла Ахмадов после тяжелого ранения был демобилизован.

Салаудин служил в мотострелковом полку в Риге. Рига была захвачена фашистами в первый же день войны, и весь личный состав полка, в котором служил Салаудин, был захвачен в плен – немцы окружили часть на рассвете и красноармейцы не успели даже одеться, не говоря уже о том, чтобы организовать сопротивление. Командир полка застрелился, а остальных, теперь уже военнопленных, отправили в концлагеря. Вначале Салаудин сидел в немецком концлагере в Австрии, где работал с другими пленными на каменоломнях. Это был адский труд, и узники, получавшие скудный паек, очень быстро доходили до крайней степени истощения.

Спустя некоторое время Салаудина перевели в один из концлагерей в Германии. В конце 1943 года немцы почти перестали кормить пленных. Среди узников лагеря были представители разных народов Кавказа, больше всего было грузин. Салаудин всегда вспоминал их с благодарностью, потому что они всегда приходили на выручку вайнахам. Счастливая случайность помогла Салаудину освободиться из концлагеря. Это было во второй половине 1943 года. Измученные, обессилившие от голода и болезней пленные под изнуряющим солнцем сидели на земле. В это время к воротам подъехали два черных лимузина, из которых вышли люди в гражданской одежде. Они предъявили какие-то документы охране, после чего один из этих людей подошел вплотную к проволочному заграждению и громко спросил: «Есть ли среди вас кавказцы?» Узники были настолько истощены, что у них не было даже сил ответить, хотя среди заключенных было немало выходцев с Кавказа. Салаудин подумав о том что если он не ответит, то его ждет смерть от голода и жажды, собрал остаток сил и подал голос: «Есть!» Салаудин был ближе к ограде, и его услышали.

Салаудина освободили, и он отправился со своими спасителями в Мюнхен, где его познакомили с Абдурахманом Авторхановым. Салаудин рассказывал, что люди, которые его освободили, были кавказцами, то ли грузины, то ли азербайджанцы, но точно известно, что они были представителями первой волны «белой» эмиграции. Кто бы они ни были, благодаря им, Салаудин остался жив и получил свободу.

С тех пор, начиная с 1943 года и до конца жизни, Салаудин Гугаев и Абдурахман Авторханов оставались близкими друзьями и соратниками. Их объединяло одно общее дело, ставшее для обоих главным в жизни – борьба за восстановление справедливости в отношении репрессированных народов. Они поклялись бороться против тоталитарного режима Сталина, режима, к которому они, кроме всего прочего, имели и личные счеты. У Салаудина в 1937-38гг. были репрессированы три родных старших брата, два двоюродных брата, родной дядя (брат отца) – и почти все они погибли от рук сталинских палачей.

В Мюнхене Салаудин и Абдурахман приняли самое активное участие в организации Северо-Кавказского Национального Комитета за освобождение репрессированных народов. В состав Комитета вошли представители народов, пострадавших от сталинского режима: чеченцы, ингуши, карачаевцы, балкарцы… Была создана газета «Газават», на страницах которой публиковались материалы, обличающие бесчеловечный режим Сталина, повествующие о геноциде целых народов, о расправах с инакомыслящими… Газета распространялась не только в самой Германии, но и далеко за ее пределами. Если А. Авторханов обличал Сталина и его антинародный режим в статьях, издававшихся книгах, то Салаудин отвечал за практические мероприятия, за конкретные дела. Оба друга были женаты: Абдурахман на немке, а Салаудин на эстонке. (Надежды жениться на чеченках у них не было.) У обоих были дети. Их семьи так же дружили между собой. В 1950 году Салаудин решил уехать с семьей в Америку, посчитав, что там он сможет плодотворней вести борьбу за освобождение чеченского и других репрессированных народов.

Америка не очень дружелюбно встретила его. Первые годы их семье было очень тяжело. Сказывалась прошедшая война, безработица. Большую помощь в эти тяжелые годы Салаудину оказала родная сестра Тапы Чермоева. Это была состоятельная, уже пожилая женщина. Проживала она в Чикаго. Приехал в Чикаго и родной племянник Тапы Чермоева, кажется, его звали Денил-Бек. Денил-Бек страдал чахоткой. Болезнь прогрессировала, и вскоре состояние его сильно ухудшилось. Чувствуя, что умирает, Денил-Бек попросил, чтобы после смерти его тело перевезли в Лозанну (Франция) и похоронили, там покоится тело его дяди Тапы Чермоева. Несмотря на сложности, Салаудин выполнил его последнюю волю, и тело Денил-Бека было доставлено в Лозанну, где с почестями было предано земле на мусульманском кладбище. Через несколько лет Салаудин нашел работу: он устроился мастером аккумуляторного цеха на автозаводе Дженерал Моторс. На том месте, где работал Салаудин, на стене по сей день висит табличка с надписью о том, что здесь работал Салаудин Гугаев. Это было признанием его профессионализма и трудолюбия.

В конце 50-х годов двадцатого столетия в США образовалось пять или шесть диаспор представителей народов Северного Кавказа. Самой многочисленной из них была балкаро-карачаевская, самой малочисленной – чечено-ингушская, состоявшая из 18 человек. Это были вайнахи, попавшие в США из Чечено-Ингушетии после начала войны 1941-1945 годов. Среди них не было перебежчиков, не было ни одного, кто бы добровольно сдался немцам. Они были из тех многих миллионов солдат, которые, оказавшись в безвыходном положении, вынужденно становились военнопленными.

Несмотря на тысячи километров, разделявших их, Абдурахман Авторханов и Салаудин Гугаев постоянно поддерживали связь. С 1953 года Салаудин Гугаев активизирует свою деятельность, направленную на то, чтобы добиться реабилитации и возвращения на историческую родину чеченского и других репрессированных сталинским режимом народов. В 1955 году Салаудин был избран Президентом Северо-Кавказского национального комитета за свободу, честь и достоинство северокавказских и других народов, ставших жертвой сталинского геноцида.

Салаудин объездил многие страны: Турцию, Сирию, Иорданию, Саудовскую Аравию и другие, где он рассказывал о бедственном положении репрессированных народов. И куда бы он ни приезжал, с кем бы ни общался, он всегда умел расположить к себе людей. Салаудин пользовался огромным и вполне заслуженным авторитетом как среди простых людей, так и среди видных общественных и политических деятелей. Во время очередного визита Салаудина в Иорданию, наши соотечественники, проживавшие там, не желая отпускать Салаудина обратно в Америку, говорили ему, что погода нелетная и самолеты не летают в Америку. Таким образом они смогли его удержать у себя еще на десять дней. Его близкими друзьями стали два иорданских генерала (чеченцы по национальности), два министра, начальник морского порта города Аман и другие известные люди. По истечении десяти дней, когда пришло время Салаудину покинуть Иорданию, в аэропорт Амана, откуда он вылетал самолетом в Америку, прибыло большое количество людей, желавших проводить его. В этот день, из того же аэропорта, вылетал куда-то и король Иордании Хусейн, и один из провожающих Салаудина генералов сказал: «Смотри, Салаудин, вон там провожают нашего уважаемого короля, однако тебя провожают больше людей, чем его величество. Этим мы показываем свое уважение к тебе, ведь ты наш дорогой гость».

В 1991 году, на тот момент Салаудину было больше 80-и лет, он во второй раз приехал на родину – в Чечню. Узнав об этом, в Грозный прилетела целая группа видных деятелей Иордании, чеченцев по национальности, среди которых были генералы, министры и другие деятели. Был среди них также чеченец, который стал единственным человеком в Иордании, дважды удостоившимся высшей награды этой страны. Этот чеченец был военным летчиком, и во время арабо-израильской войны только он один смог поднять в небо свой истребитель и сбить несколько израильских самолетов. (Речь идет о генерале Ахмеде Аллаудине Арслане. Специальным постановлением, за особо выдающиеся заслуги, ему дважды было присвоено звание Героя Иордании, хотя Конституцией этого государства не предусмотрено присвоение одному и тому же человеку звания героя дважды. – Ред.) Все эти гости были у меня дома, по проспекту Орджоникидзе – 40, где в это время гостил мой дядя по отцу – Салаудин Гугаев.

Затем в их честь был дан концерт в Драматическом Театре. Людей было много, мест не хватало, народ стоял в проходах, сидели даже на полу. Присутствовали все известные артисты, певцы и музыканты. Когда Салаудин танцевал лезгинку с Марьям Айдамировой, весь зал встал и аплодировал стоя. Тамара Дадашева пела песню, посвященную Салаудину: они познакомились еще во время встречи в Иордании и с тех пор поддерживали дружеские отношения. В этот день люди не расходились из театра до поздней ночи. Танцевал и чеченец из Иордании, герой-летчик. Читал свои стихи чеченец из Сирии. Директор театра Хациев Лом-Али подарил Салаудину чеченскую папаху и замечательный кинжал. Салаудин, держа папаху в руках, пошутил: «Мои соотечественники подарили мне уже столько папах, что ими можно было бы снабдить целый полк чеченцев из Дикой дивизии». Каждый его приезд на родину становился настоящим событием, всюду его встречали толпы, люди приглашали его в гости, каждый почитал за честь видеть его гостем в своем доме. По приглашению местных жителей он побывал во многих селах Чечни: Чишки, Шатой, Вярды, Ачхой-Мартан, Урус-Мартан, Самашки, Серноводск, Автуры, Закан-Юрт, Старая Сунжа… Более того, Салаудина приглашали и в соседние с Чечней республики: в качестве почетного гостя он посещал Назрань и Махачкалу. Интересный случай произошел с ним в Махачкале, где проходила встреча с местной общественностью. Кроме Салаудина там присутствовало немало других приглашенных гостей из Чечни, среди которых, кстати, была и Тамара Дадашева. Огромный зал, в котором проходила встреча, был заполнен до отказа. Салаудин очень хотел найти родных своего близкого друга – аварца по имени Наби, погибшего в Германии от рук диверсантов группы «Смерш». На этом торжестве был и Расул Гамзатов. Расул захотел поздравить и обнять Салаудина, но тот не подал руки Расулу, заявив: «Я не даю руку врагам чеченского народа». Расул Гамзатов растерялся… Сопровождавшие Салаудина чеченцы объяснили ему, что Расул Гамзатов давно покаялся за ошибки молодости, официально написав письмо с просьбой простить его. Расул даже ездил встречать возвращающихся из ссылки чеченцев. После этих объяснений Салаудин и Расул подали друг другу руки и обнялись по-кавказски.

Всюду, где бы он ни был, его встречало множество людей, устраивались танцы, накрывались столы. Каждый хотел пожать ему руку, обнять. Ведь все знали, как много Салаудин сделал для возвращения чеченцев на родину, что он принимал самое непосредственное участие в организации материальной и моральной поддержки чеченцев во время двух чеченских войн. Во всех странах, где бывал Салаудин, и правительства этих стран, и простые люди поднимали голос в защиту чеченского народа. Благодаря его энергии и мужеству, были организованы сотни демонстраций, шествий, митингов, которые проходили в США у зданий посольства СССР, ООН. В период сталинских репрессий люди выходили с лозунгами, призывающими вернуть чеченский и другие репрессированные народы на историческую родину, а во время двух последних войн, прошедших на территории Чечни, – с призывами прекратить убийство чеченского народа и вывести российские войска из Чечни.

22 сентября 1955 года Салаудин написал специальное обращение в Организацию Объединенных Наций от имени представителей репрессированных народов, проживавших за пределами СССР. Это обращение, с изложением фактов геноцида, было передано в штаб-квартиру ООН. В этом документе были использованы показания трех офицеров МВД СССР, бежавших за границу и получивших политическое убежище. Все трое были офицерами высокого ранга: Бурлацкий (полковник, участник выселения чеченцев, бежал в 1953 году в Германию), Викторов (бежал в Англию) и Такаев (бежал в Англию). Видимо, эти люди, осознав, в каком чудовищном злодеянии им пришлось участвовать, решили хоть как-то искупить свою вину.

Это обращение было зачитано в 1955 году на сессии Генеральной Ассамблеи ООН. Мы, люди старшего поколения, помним, как Н.С. Хрущев, чтобы заглушить голос выступавшего, стучал своим башмаком по трибуне. После возвращения из США Хрущев развернул активную деятельность по реабилитации и возвращению на родину чеченского, ингушского и других народов, и он этого добился. У меня сохранились ксерокопии этого обращения и ответа Салаудину из ООН на английском языке, напечатанного на официальном бланке ООН. Трудно переоценить тот вклад, который внесли Абдурахман Авторханов и Салаудин Гугаев в дело возвращения чеченцев и других репрессированных народов на свою историческую родину, и едва ли найдется человек, чьи заслуги в этом деле были бы сопоставимы с заслугами этих двух мужественных чеченцев. В период двух последних войн, бушевавших на территории Чеченской Республики, Салаудин Гугаев вел активную деятельность, направленную на прекращение кровопролития, занимался организацией помощи мирному населению. О масштабах этой помощи можно судить по следующим цифрам: в результате одной лишь акции Салаудину удалось собрать и переправить в Чечню обувь и одежду на сумму более 4 500 000 долларов. Когда началась вторая «чеченская кампания», Салаудин от имени всех кавказцев обратился с письмом к Президенту Путину с просьбой о прекращении войны.

За активную общественную деятельность, направленную на защиту прав человека, Салаудин Гугаев был награжден Почетной Грамотой Конгресса США. Цветная ксерокопия этой грамоты была у меня. Эту грамоту и другие документы я передал Явузу Ахмадову, который собирался использовать эти материалы в своей книге. В 1994 году Салаудин приехал в Грозный, всячески желая примирить враждующие стороны, принял участие в съезде ОКЧН. На том съезде был организован сбор средств на строительство центральной мечети города Грозный. Салаудин пожертвовал на это святое дело крупную сумму денег. О Салаудине Гугаеве можно было бы написать очень много. Формат этой статьи не позволяет осветить весь жизненный путь этого мужественного и самоотверженного человека, всего себя отдавшего служению своему народу… В 1999 году я работал в ЧГПИ, мне предстояло прочитать лекцию на тему «История ислама». Осознавая сложность и важность темы, я решил встретиться и проконсультироваться с Ахмат-Хаджи Кадыровым, который в то время был муфтием Чеченской Республики. Встречались в муфтияте несколько раз, вместе совершали намаз. Во время одной из таких встреч, после совершения намаза, Ахмат-Хаджи пригласил меня в свой кабинет и стал расспрашивать о Салаудине. В завершении нашей беседы я дал Ахмат-Хаджи номер телефона и адрес Салаудина. Когда я уходил, он спросил у меня, имею ли я постоянную работу. Узнав, что моя преподавательская работа была лишь временной, он предложил мне принести документы об образовании, о предыдущих местах работы, сказав, что постарается сделать что-нибудь.

Вскоре после нашей встречи меня пригласили и назначили, по ходатайству Ахмат-Хаджи Кадырова, заместителем министра труда и социального развития Чеченской Республики. В 2001 году я вернулся к преподавательской работе и мне посчастливилось вновь встретиться с Ахмат-Хаджи Кадыровым. Правда, повод был далеко не радостный. Накануне территория поселка «Олимпийский», где находятся ЧГПИ и средняя школа №8, была обстреляна федеральными войсками из минометов. Были убитые и раненые, среди погибших были пятеро наших студентов.

Через несколько дней после этого события в пединститут приехал Ахмат-Хаджи в сопровождении прокурора республики и министра ЖКХ Абу Сугаипова. Весь наш преподавательский состав собрали в актовом зале института. На том собрании выступил Ахмат-Хаджи, пообещав, что примет все меры для того, чтобы виновные понесли должное наказание. Находясь на сцене во время выступления, Ахмат-Хаджи заметил меня среди преподавателей. После окончания собрания он подошел ко мне, крепко обнял и сказал мне: «А я был в Нью-Джерси у Салаудина в гостях, мы долго беседовали. Сначала очень спорили, но в итоге, поняв друг друга, расстались близкими друзьями. Замечательный человек твой дядя. Когда мы уходили от него, Салаудин сделал подарки мне и моему сыну. Если понадобится моя помощь, приходи в любое время». Ахмат-Хаджи рано ушел из жизни. Это был мудрый человек, честный, порядочный. Богом данный лидер народа. Сегодня, к огромному сожалению, нет с нами Ахмат-Хаджи Кадырова, нет Абдурахмана Авторханова и Салаудина Гугаева… Я уверен, что Салаудин Гугаев, отдавший шестьдесят лет своей жизни служению чеченскому народу, заслужил благодарную память.

Журнал «Нана», 2010г.


Салаудин Гугаев. Жизнь, отданная своему народу…

Silent is golden

1

Репутация

26

Подписчиков

637

Статей

127 /  1

Отдал(а) голосов

Добавить комментарий